Поздравляем с юбилеем Геннадия Борисовича Здановича! "Так и дурачит вас старый Зданович?"
Главная » Из бетона » Поздравляем с юбилеем Геннадия Борисовича Здановича! "Так и дурачит вас старый Зданович?"

Поздравляем с юбилеем Геннадия Борисовича Здановича! "Так и дурачит вас старый Зданович?"

Зданович Геннадий Борисович: этапы творческого пути // Аркаим - Синташта: древнее наследие Южного Урала: к 70-летию Г. Б. Здановича: сб. науч. тр.: в 2 ч. Челябинск: Изд-во Челяб. гос. ун-та, 2010. Ч.1. С. 9-23.

Геннадий Борисович родился 4 октября 1938 года в Махачкале (Дагестанская АССР, ныне - Республика Дагестан). Летом 1941 года мать вместе с двумя детьми поехала в Алма-Ату (Казахстан) навестить своих родителей. Там их и застала война. Дед, чтобы прокормить большую семью, построил в горах заимку, пахал, сеял, занимался ремеслом, возродив традиционное натуральное хозяйство. Поэтому воспоминания детства у Геннадия Борисовича связаны с запахом земли и домашних ремесёл, самодельными игрушками и ощущением безграничных возможностей человека. В Алма-Ату, пройдя все этапы войны - от финской до японской, вернулся отец. Здесь семья и осела. Здесь Геннадий Борисович обучался в школе и кинотехникуме, увлёкся фотографией, немного рисовал и писал стихи. Своё будущее связывал с творческой работой, поэтому и принял в 1961 году решение поступать на факультет журналистики Уральского государственного университета. Однако, приехав в Свердловск, он резко поменял своё решение и подал документы на исторический факультет. Его привлекла открывшаяся на факультете специализация по археологии.

Студенческие годы Здановича связаны с именем Владимира Фёдоровича Генинга. Талантливый и увлечённый археолог, требовательный и новаторски настроенный педагог, он много внимания уделял учебному процессу и полевой подготовке студентов. Спецкурсы В. Н. Чернецова, Г. Ф. Дебеца, Е. Н. Черных, участие в экспедиционных исследованиях Л. Я. Крижевской и М. Г. Мошковой расширяли профессиональный кругозор студентов. В 1963 году Г. Зданович участвовал в работе Всесоюзной студенческой конференции в Москве, через год - в IV Уральском археологическом совещании в Перми, где впервые общался со светилами уральской археологии: О. Н. Бадером, К. Ф. Смирновым, А. П. Смирновым, Е. Е. Кузьминой. Всё это вдохновляло. В эти годы был получен бесценный опыт самостоятельных разведочных исследований и раскопок курганов. Итогом обучения в УрГУ стала дипломная работа «Ранний железный век Казахстана».

В 1966 году Г. Зданович окончил исторический факультет и был направлен по собственному желанию в Северо-Казахстанский областной краеведческий музей научным сотрудником. Одновременно началась и педагогическая деятельность Г. Здановича в Петропавловском педагогическом институте. Петропавловский период длился до 1972 года. Он был коротким, но продуктивным. Петропавловское Приишимье на археологической карте Казахстана было белым пятном. Работа в музее предполагала комплексное исследование региона. В связи с этим за шесть лет Здановичем было осуществлено практически полное разведочное обследование области, раскопаны десятки памятников различных эпох от каменного века до средневековья. Но основное внимание было уделено памятникам бронзового века, относившимся к ареалу фрагментарно исследованной и достаточно загадочной андроновской культуры. На основе традиционных методик и собственных наблюдений у Геннадия Борисовича сложилась своя методика раскопок поселений широкими площадями, сформировался опыт исследования стратиграфичеческих напластований. Раскопки однослойных поселений и могильников позволили корректировать выводы по стратиграфии и хронологии многослойных памятников и создать общую картину развития бронзового века Северного Казахстана. В петропавловский период был накоплен организационный опыт. Тогда же сложился костяк творческого коллектива. Наряду со С. Я. Зданович полноценным помощником стал выпускник пединститута В. Ф. Зайберт, сформировалась команда студентов, из которых первыми археологами-специалистами стали М. К. Хабдулина и Т. С. Малютина. Большая работа со школьниками проводилась на базе Дворца пионеров. Из постоянного школьного состава также «выросли» археологи А. А. Плешаков и Н. С. Татаринцева. В этот период были исследованы такие реперные памятники современного андроноведения, как поселения Новоникольское 1, Петровка II, Бишкуль IV; Ильинка, могильники Петровка, Семипалатное, Амангельды, Алыпкаш. Открытие петровского и Ильинского типов керамики позволило выстроить хроностратиграфию бронзового века Северного Казахстана. В этот же период формировались навыки музейной работы. Первая археологическая экспозиция Северо-Казахстанского музея была построена молодым специалистом Г. Б. Здановичем в 1967 году на материалах случайных находок. Вторая развёрнутая экспозиция по тематическому плану совместно со С. Я. Зданович была развёрнута в новом здании музея в 1973 году.

Уже в начале 1970-х годов у Геннадия Борисовича сложилось представление, что все интересные памятники бронзового века региона исследованы и для дальнейшего творческого процесса нужен приток новых материалов, расширение территории изысканий. Открытие в Караганде государственного университета способствовало решению этой проблемы. В 1972 году Г. Зданович прошёл конкурс на должность ассистента кафедры истории Казахстана и с семьёй переехал в Караганду. Основным районом интенсивных разведочных работ стала Целиноградская область. Было найдено крупное поселение финальной бронзы - Саргары - и рядом с ним синхронный могильник. Они и стали ведущими объектами исследований этого периода. Археология стала популярным увлечением карагандинских студентов. В лаборатории всегда было людно и весело. Километры профилей и сотни погребений прорисованы студенческим пополнением. Из карагандинской лаборатории вышли известные ныне археологи: А. Д. Таиров, В. В. Варфоломеев, Э. Р. Усманова, Н. О. Иванова, К. Карабаспакова, А. А. Таирова. Отъезд Г. Б. Здановича из Петропавловска не прервал там археологические исследования. Эстафету принял В. Ф. Зайберт. Под его руководством проводятся археологические исследования преимущественно памятников каменного века, воспитывается новое поколение археологов. В 1975 году Г. Б. Зданович защитил кандидатскую диссертацию «Периодизация и хронология памятников эпохи бронзы Петропавловского Приишимья». Положения, изложенные в этой обобщающей работе, получили в последующем подтверждение в материалах исследований Т. М. Потёмкиной и В. В. Евдокимова.

Археологи Уральского государственного университета, 1966 г.
Первый ряд, слева направо: В. Е. Стоянов, Б. Б. Овчинникова, Л. П. Шорикова, Е. М. Шилина (Мырсина),
В. Ф. Генинг;
второй ряд, слева направо: В. В. Евдокимов, Г. Б. Зданович, М. К. Болотов

На бракосочетании Г. Б. и С. Я. Здановичей. Свердловск, 23 февраля 1965 г.
Среди присутствующих: Р. Д. Голдина, В. В. Евдокимов, Б. Б. Овчинникова

Поселение Петровка II, 1968 г.
Я Я. Крижевская, С Я. Зданович, Г Б. Зданович

В лаборатории педагогического института. Петропавловск, 1968 г.
Слева направо: А. А. Плешаков, Г Б. Зданович, Р. Агишев, С. Я. Зданович

На раскопках кургана 25 Большекараганского могильника, 1991 г.
Слева направо: Д. Г. Зданович, Л. Л. Гайдученко, Р. У. Линдстром, Г Б. Зданович, А. Роговской

Заповедник Аркаим, 1999 г.
На переднем плане: Г. Б. Зданович, В. И. Сарианиди; слева от Г. Б. Здановича - Н. А. Мажитов

Конференция «Комплексные общества Центральной Евразии в III-I тыс. до н. э.». Аркаим, 1999 г.
Г. Б. Зданович, К. Ламберг-Карловски и другие участники конференции

Международная конференция «Древняя Маргиана - новый центр мировой цивилизации».
Туркменистан, 2006 г.
Г. Б. Зданозич и Е. Е. Кузьмина

70-летний юбилей Г Б. Здановича.
Челябинский государственный университет, 6 октября 2008 г.

70-летний юбилей Г Б. Здановича. Поздравление казахстанских учеников. Челябинский государственный университет, 6 октября 2008 г.
Слева направо: В. Ф. Зайберт, А. А. Плешаков, М. К. Хабдулина. Ведущий торжественного заседания В. В. Грудзинский

Жизнь впереди. Г. Б. Зданович с дочерью Верой (В. Г. Будыкиной) и внучками Анной и Ксенией.
Челябинск, 1995 г.

Однако в карагандинский период не удалось реализовать самую главную идею - расширить территорию исследований. В Центральном Казахстане продолжали работать ученики А. X. Маргулана, а потребность в укреплении Источниковой базы по-прежнему существовала. К тому же в республике явно нарастали проблемы националистического плана. Геннадий Борисович вновь переезжает с семьёй, на этот раз в Россию, в новый вуз.

С 1976 года творческая деятельность Г. Б. Здановича связана с Челябинским государственным университетом. Челябинск не был «археологическим» городом, хотя здесь в своё время работали К. В. Сальников и В. С. Стоколос и был педагогический институт. Был и местный специалист - Н. Б. Виноградов, который уже поработал с В. Ф. Генингом на раскопках Синташтинского могильника. Теперь он получил возможность развивать свой собственный археологический опыт и сразу же подключился к совместным археологическим исследованиям на базе пединститута. В ЧелГУ была создана хоздоговорная лаборатория. Кадровую проблему помогли решить выпускники. Из Казахстана приехали Т. С. Малютина, М. К. Хабдулина, Н. О. Иванова, супруги А. Д. и А. А. Таировы, из Свердловска - Е. М. Беспрозванный. Подготовку школьников - участников экспедиций - во Дворце пионеров и школьников возглавила выпускница КарГУ Н. И. Зилизецкая (Худякова). Хоздоговорные и новостроечные работы существенно расширили хронологический и территориальный диапазоны исследований: копали средневековое городище на р. Уфа, татарские могильники на юге Красноярского края, золотоордынские памятники в Крыму, стоянки каменного века на оз. Чебаркуль.

Но основные объекты оставались в Казахстане, и новая экспедиция получила название Урало-Казахстанской экспедиции. На историческом факультете ЧелГУ Г. Б. Зданович в разное время возглавлял кафедры всеобщей истории; археологии, этнографии и социо-естественной истории. Относительно обучения студентов сохранялась старая концепция - готовить специалистов разных направлений с хорошей полевой и лабораторной подготовкой. Через археологическую экспедицию прошли сотни школьников и студентов, их заслуги отмечены десятками грамот и призов на студенческих региональных и российских конференциях. Из студенческой среды вышли ныне известные челябинские археологи: С. Г. Боталов, В. С. Мосин, С. А. Григорьев, А. Г. Гаврилюк, А. В. Епимахов, Д. Г. Зданович, И. Э. Любчанский, Т. В. Любчанская, Ф. Н. Петров, Е. В. Куприянова. Десятки выпускников продолжают служить археологии, работая в образовательных и государственных учреждениях. В полевых экспедициях проходили подготовку выпускники других вузов: В. П. Костюков, Г. Самигулов, Н. М. Меныиенин. Сегодня Челябинск - город с развитой «археологической инфраструктурой», и в этом немалая заслуга Г. Б. Здановича.

В 1987 году одним из отрядов УКАЗ было открыто укреплённое поселение Аркаим, что стало логическим продолжением той информативной цепочки, которая выстроилась на казахстанских материалах. С исследованием Аркаима, с тем, что происходило вокруг Аркаима, связан не просто особый этап в жизни отдельного человека, а, вероятно, новый этап в организационной и методической практике археологической деятельности. Прежде всего, беспрецедентным на постсоветском идеологическом пространстве явился сам факт сохранения древнего городища, признание приоритета памятника истории перед хозяйственным объектом. Создание в 1991 году заповедника на базе памятников первобытной истории позволило апробировать новую форму охраны культурного наследия. В результате комплексных исследований были получены конкретные результаты по параллельному исследованию природы и общества. И, наконец, были заложены основы музея нового типа - музея-заповедника под открытым небом на месте археологического памятника. В научно-методической области получили разработку методы дистанционного исследования (дешифрирование аэрофотосъёмки) и геофизического метода. Комплексные исследования пос. Аркаим сформировали научный коллектив принципиально нового типа. В него вошли геологи И. М. Батанина, А. И. Левит, Н. В. Левит, В. В. Зайков, Ю. А. Лаврушин, почвоведы И. 3. Иванов, Л. Н. Плеханова, биолог Л. Л. Гайдученко, геофизики В. Я. Тибелиус и Б. Н. Пунегов, астроном А. К. Кириллов и другие специалисты смежных дисциплин.

В 2002 году Г. Б. Зданович защитил докторскую диссертацию «Урало-Казахстанские степи в эпоху средней бронзы». Основные проблемы на современном этапе связаны с пропагандой археологических знаний и охраной археологических памятников. В 2003 году вышла первая книга по Кизильскому району из задуманного цикла «Археологический атлас Челябинской области». Подготовлен том по Нагайбакскому району. Ведётся работа по проектированию музейной экспозиции в музейном комплексе заповедника Аркаим.

В этот день:

  • Дни рождения
  • 1935 Родился Евгений Николаевич Черных - российский археолог, историк металла, член-корреспондент РАН.
  • Дни смерти
  • 2008 Умерла Людмила Семёновна Розанова - советский и российский археолог, кандидат исторических наук. Старший научный сотрудник Института археологии РАН, один из ведущих специалистов в области истории древнего кузнечного ремесла.

Зданович Г.Б.
«Аркаим - не задворки истории»

В конца мая - начале июня Челябинский государственный Университет вместе с Институтом востоковедения (Москва) проводит престижную международную конференцию «Восток - Запад: проблемы взаимодействия». Работа одной из секций будет проходить на юге нашей области, на территории заповедника «Аркаим». Кстати, на Аркаиме открывается новый полевой сезон. Обо всем этом мы беседуем с Геннадием Борисовичем Здановичем, директором заповедника «Аркаим», заведующим кафедрой истории ЧелГУ.

Геннадий Борисович, вы будете принимать многих известных ученых. Что привлекает их на Урал?

К нам прислали заявки на участие а конференции, тезисы докладов более ста ученых. А привлекает их сюда то, что Урал — середина России, Евразии. Здесь так же остро, как и в других местах, стоят национальные проблемы, но здесь они решаются, слава богу Урал традиционно на перекрестье путей — и а древности, и сейчас. И одновременно он не только пограничье, но и соединяющее звено между культурами Востока и Запада.

- Кто из ученых приедет на Аркаим впервые ?

- Надо сказать, что к нам приедет вся наша отечественная наука, так или иначе связанная со степными и лесостепными культурами. Будет секция энеолита и бронзового века, протогородская цивилизаций, куда входит и наша Страна городов, секция по проблемам кочевников Евразии в древности и средневековье. Мы организуем два «круглых стола», посвященных заповедному делу, судьбе археологических памятников в ХХI веке. На нашей конференции выступят Н.Я. Мирберт, крупный специалист по восточным цивилизациям, один из ведущих ученых по зороастризму и арийской проблематике В.И. Сарианиди. Для нас очень приятен будет приезд И.М. Стеблина-Каменского, декана восточного факультета Петербургского университета, первого в нашей отечественной науке переводчика древней «Авесты» с языка оригинала (до сих пор «Авеста» переводилась только с европейских языков). Для нас это очень интересно, так как необходимо поставить проблемы мифологии, языкознания, сопоставления текстов древнейших пластов «Авесты», «Ригведы» и наших археологических материалов. Мы надеемся, что петербургский ученый поможет нам сформировать это направление в дальнейшем исследовании памятников.

- Значит, участники конференции - люди, адаптированные к Аркаиму?

Безусловно. Вы знаете, вышло новое издание очень интересной книги Мэри Бойс «Зороастризм: культура, верования, обычаи», где представлена Син-ташта (Синташта — археологическое открытие, предшественник Аркаима - авт.). Так что Аркаим известен. Другое дело, что он не-ожиданен, поэтому мы все, кто работает сейчас на Аркаиме, осознаем все глубже, как непросто его утверждение в научной среде.
От сенсации до признания, до внедрений в умы ученых — большой путь. Ведь если говорить о ранних индоевропейских цивилизациях, мы имеем два полюса:
Минойский Крит и Микены и цивилизацию Синташты, Аркаима. Между ними — гигантский пульсар. Большинство цивилизаций раннего бронзового века, начала средней бронзы в Средиземноморье также не состоялись. К цивилизации почти прорвался Крит, а по-настоящему здесь можно говорить лишь о греках. Так вот, проблемы нерожденных цивилизаций, в том числе и Синташты, и Аркаима, тесно связаны с проблемами рожденных цивилизаций, с проблемами судеб современной культуры. В широком смысле слова речь идет о глубинных истоках европейской цивилизации. Я убежден, что открытие Аркаима даст новый толчок изучению культур протоцивилиза-ций Средиземноморья.

- Что греет вашу душу, что вас волнует, беспокоит?

— Я все глубже осознаю колоссальную роль древних народов, обитавших в нашей степи, в истории мировых культур Запада и Востока. Здесь рождались оригинальные мифологические системы, философское миропонимание, которое определило на тысячелетия вперед развитие самых различных человеческих сообществ. Аркаим — не задворки истории, это мир, где рождалось новое, ставшее живительной влагой для традиционных цивилизаций.
Огромна ответственность нашего коллектива в связи с охраной памятников. Грядет закон о земле, ее передел. Значит, все вопросы охраны надо решать в этом году. Некоторые руководители акционерных хозяйств говорят нам» платите деньги. За какие деньги можно купить или продать культуру? И есть ли народ, которому не нужна культура, не нужны корни? Может ли им быть наш народ? В конце концов, сегодня для нас признание людей, населяющих Урал, нашу область, более ответственно, чем мировое признание. Если это нужно нашим людям, значит, мы сохраним это и для мировой культуры.

— Что делается для этого уже сейчас?

— На территории, примыкающей к заповеднику «Аркаим», мы создаем исторический парк. Каменная архитектура, менгиры, каменные бабы, изваяния — от бронзового века до средневековья, все это будет свезено туда Уже действует дом бронзового века, аркаимский дом. Там колодец, печь, в этом году появятся камин, гончарная печь, ткацкий станок. Мы сделаем разбивку нового Аркаима, грандиозного макета в натуральную величину. То есть мы вышли на принципы живого памятника. Аркаим будет спасен, будет жить, говорить с нами тогда, когда вокруг него будет вестись работа. Культурный центр, туристы, исторический парк, библиотека, гостиница, медпункт. «Магнито-горскстрой» скоро начнет сооружение каменного здания музея. Как говорил нам отец Иоанн, ректор Московского православного университета: «Вы должны добиться того, чтобы каждый человек, живущий в Челябинской области, на Южном Урале, гордился тем, что он живет на земле Аркаима».
Если раньше государственная идеология насаждалась, довлела над общественной, то сейчас нет ни той, ни другой. И а то же время существует грандиозный порыв к духовности, а вижу сотни горящих глаз во время своих выступлений. Это неподдельный интерес к проблемам истории, идущий из глубин человеческого сердца. Работники культуры, искусства, образования должны помочь людям заполнить образовавшийся вакуум. Сейчас никому нельзя отсиживаться, иначе ниша будет заполнена экстрасенсами, лжепророками, неонацистами. Самое главное сейчас для нашего общества — природа, история, культура во всех ее национальных и региональных проявлениях. Только уважая корни собственной истории, ценности того дома, где ты родился, можно сделать Россию единой и сильной.

Немногие передачи на центральном телевидении получают такой резонанс. Но в минувшую пятницу, 3 апреля, на Первом канале в ток-шоу «ГордонКихот» ведущий программы Александр Гордон предъявил серьезные претензии генеральному создателю историко-культурного заповедника «Аркаим» - доктору исторических наук Геннадию Здановичу, заявив, что «псевдоисториком» придуман и запущен в обращение «миф о колыбели мировой цивилизации». Гордон процитировал Здановича, который в одном из интервью сказал, что Аркаим может стать «для России национальной идеей, поскольку производит всех нас, российские народы, и особенно славян, которые населяют Россию, от самых древних представителей цивилизации, в том числе европейской цивилизации, от древних ариев». Гордон заявил ученому, что любая спекуляция на эту тему сегодня в России невозможна и взрывоопасна. Корреспондент Агентства новостей «Доступ» встретился с первооткрывателем Аркаима Геннадией Здановичем, чтобы лично поинтересоваться, почему у него не сложился разговор с мэтром столичной тележурналистики.

И через несколько дней после эфира передачи профессор ЧелГУ Геннадий Борисович Зданович бурно переживает случившееся.

Аркаим был открыт 20 лет назад. И все эти годы не умолкает полемика вокруг этой культуры.

- То есть Вы были готовы к тому, что произошло на передаче? К тому, что Вам будут оппонировать, что Вам придется защищаться?

К тому, что произошло в студии, я был абсолютно не готов. Дело в том, что я ждал совершенно другого. В прошлом году мне позвонил сам Гордон и предложил сделать передачу про Аркаим. Я тогда ответил отказом, заявив, что это слишком многогранная проблема, чтобы осветить ее в одной передаче. Через месяц снова позвонили из Москвы и уже начали уговаривать: «Геннадий Борисович, приезжайте. В качестве оппонентов будут два-три человека, которых Вы сами же сейчас нам назовете».

Я вспомнил старую передачу с участием Гордона: действительно, два-три человека в небольшой студии… Одним словом, меня убедили в том, что это будет серьезная научная передача, посвященная Аркаиму. И я поехал, захватив с собой, как просили организаторы, фото- и видеоматериалы об Аркаиме.

До последнего момента мне говорили, что это будет дискуссия в узком кругу: я и несколько специалистов. И вот я попадаю в павильон и вижу огромное количество людей. С одной стороны - группа специалистов, с другой - разные экстрасенсы, колдуны и прочие люди, к археологии не имеющие никакого отношения. Начинается передача. И эти люди оказываются чуть ли не моими союзниками. Но это абсурд. Да, они могут быть союзниками Аркаима как некоего нового общественного или духовного явления. Но я-то атеист.

Нужно понимать, что Аркаим - это не только археологический памятник, но еще и некое общественное явление нашей современной жизни. Важно то, как мы воспринимаем его, какое место он занимает сегодня в нашем мировосприятии.

Ведь кто-то смотрит на него исключительно через призму национального вопроса. Вот написали, что это древняя родина башкиров. Со мной некоторые люди вели разговоры: мол, давай, Геннадий Борисович, ты напишешь об Аркаиме, как о колыбели славянства, а мы тебе с финансированием поможем и так далее.

То есть Вас заманили возможностью научной дискуссии, а Вы попали на шоу, никакого отношения к проблеме не имеющее?

Мне кажется, что Гордон должен был попытаться взглянуть на Аркаим или как на археологическое, или же исключительно как на общественно-культурное явление. Но Гордон намеренно так построил передачу, чтобы связать меня в глазах зрителей с этими язычниками. Ему нужно было шоу, в котором не было идеи, но был бы скандал…

Когда я увидел это сборище, моим первым желанием было развернуться и уйти. Но я подумал: что же будут говорить об Аркаиме без меня, за моей спиной. Я решил, что, смалодушничав, я таким образом подставлю людей, которые пришли в студию, чтобы поддержать меня.

К концу передачи было чувство, что меня в грязи вываляли. Никакого подобия дискуссии даже и не было, только крик один. Знаете, я прямо сказал Гордлону: «Считаю, что это заказная передача».

Вы действительно уверены, что кто-то настолько заинтересован в дискредитации Вашего открытия, что может заказать на одном из центральных каналов передачу?

Я не утверждаю, что кто-то денег заплатил. Дело совсем в другом. К сожалению, появление такой передачи есть выражение потребы огромной категории современных людей. Это то, на чем стоит шоу-бизнес, массовая культура. То, что было сделано, недостойно журналиста, руководителя такой передачи.

Был у меня в гостях иностранный профессор-экономист. Интересовался историей Аркаима. Я организовал для него экскурсию. Потом сидим с ним, чай пьем. Он мне рассказывает, как он поражен Аркаимом, высоким уровнем цивилизации, глубиной истории, как он вообще хорошо относится к России. Но на прощание он мне сказал фразу, которую я запомнил: «Мы сделаем все, чтобы здесь, в России, Аркаима не было». Это было сказано с усмешкой, но это очень серьезно. То есть определенный заказ очевидно есть.

- Геннадий Борисович, объясните мне в таком случае, что так не устраивает ваших научных оппонентов?

Понимаете, если по прошествии многих десятков лет наконец выяснится, что Аркаим действительно связан с историей ариев, саму историю Авесты и Ригведы перенесут на конец III - начало II тысячелетия до нашей эры. И это будет означать полный переворот в нашем представлении об индоевропейской и человеческой истории.

- Получается, для Вас самого связь Аркаима с ариями не очевидна?

Я ученый, а ученый всегда сомневается. Это одна из множества гипотез, связанных с Аркаимом. Хотя для меня люди, соорудившие обнаруженные нами постройки и сооружения, безусловно, одна из арийских ветвей. Это, безусловно, индоевропейцы, точнее протоевропейцы или даже протоиранцы. И все же это пока только гипотеза, принять которую общество еще не достаточно готово.

Понимаете, современная наука отсчитывает античную историю с VII века до н.э. И вдруг окажется, за полтора тысячелетия до Древней Греции на просторах Евразии существовала другая удивительная культура.

Простому человеку проблему Аркаима в одночасье не расскажешь. Вот Медведев это хорошо понимает, поскольку он прекрасно знает историю. С Дмитрием Медведевым, когда он бывал на Аркаиме, мы провели в разговорах несколько часов.

Археология - наука, открытия в которой совершаются десятилетиями. Аркаим в этом смысле еще очень молод. К примеру, раскопки Трои начались в середине XIX века, и до сих пор по ее поводу не все ясно

- Но историю-то Трои в отличие от Аркаима никто не ставит под сомнение?

А никто и не оспаривает историю Аркаима.

- Но один из Ваших оппонентов в студии доказывал, что Аркаим - это, мягко говоря, совсем не то, что о нем рассказываете Вы.

Это исходило из уст профессора Евгения Черных, члена-корреспондента Российской академии наук. То, что позволил себе Черных во время передачи, это фальсификация. Это резко, но вполне справедливо по отношению к такому ученому, как Черных, который прекрасно знаком с историей открытия Аркаима и знает, о чем он говорит. Это крупный ученый с мировым именем. Но много лет назад он почему-то решил, что Аркаим ему не нравится. И эту нелюбовь, даже ненависть он пронес через все эти годы.

Почему? Когда отстаивали Аркаим от затопления, приезжали представители от Института археологии из Москвы. Ко мне подошли очень уважаемые люди и сказали: «Геннадий Борисович, у нас есть мнение. Если москвичи будут хозяевами этого памятника, мы будем его отстаивать. Если мы хозяевами не будем, то как хотите, так здесь и бултыхайтесь». Понимаете? Да, фамилия Черных не звучала, но я знаю, что это предложение могло исходить только от него. Потому что он был главным специалистом по бронзовому веку. Претендовать на Аркаим больше некому было.

Аркаим на 1200-1500 лет древнее гомеровской Трои, это культура, которая вводит нас в контекст мировой истории. Но многие не хотят видеть, что сегодня здесь работают исследователи со всего мира. Почему это происходит? Одна из причин - духовный кризис, который переживает все наше общество, все традиционные мировые религии. Но все заканчивается, пройдет и это. А пока мы, ученые, просто делаем свое дело, делаем историю.

Беседовал Сергей Блиновских

Генна́дий Бори́сович Здано́вич (род. 4 октября , Махачкала) - советский и российский археолог , доктор исторических наук, заместитель директора по науке Челябинского государственного историко-культурного заповедника «Аркаим », профессор кафедры истории России и зарубежных стран Челябинского государственного университета, создатель челябинской археологической школы.

Биография

С 1967 руководитель Северо-Казахстанской, затем Урало-Казахстанской археологической экспедиции.

В 1976 защитил кандидатскую диссертацию.

С 1976 года доцент, позднее зав. кафедрой археологии, этнографии и социоестественной истории Челябинского госуниверситета .

В 2002 году защитил докторскую диссертацию на тему: "Урало-Казахстанские степи в эпоху средней бронзы".

Параллельно геолог Батанина И. М. предоставила аэрофотоснимки аркаимской долины с явно читающимся неизвестным объектом. Зданович Г. Б. и его коллеги определили обнаруженный памятник как укрепленное поселение. Позже, когда начались раскопки и были вскрыты фундаменты оборонительных стен, рвы, улица и т. д., поселение было определено, как ранний город, или «квазигород».

Г. Б. Зданович развернул деятельность по его спасению от затопления и организовал команду по его исследованиям, куда входили С. А. Григорьев, А. И. Гутков, А. В. Епимахов, Н. О. Иванова, А. М. Кисленко, Н. М. Меньшенин , Т. С. Малютина, В. С. Мосин, Н.С. Татаринцева и М. К. Хабдулина. В это же время им были организованы работы по поиску новых памятников, подобных Аркаиму. Значительная роль в открытии системы памятников синташтинского типа (т. н. «Страны городов») принадлежит специалистам по дешифровке аэрофотоснимков И. М. Батаниной и Н. В. Левит. В 2007 году вышла монография Г. Б. Здановича и И. М. Батаниной «Аркаим - „страна городов“. Пространство и образы.» В течение последних 15 лет развитие аркаимско-синташтинской проблематики осуществлено также за счет монографических работ Н. Б. Виноградова, Д. Г. Здановича и А. В. Епимахова.

В течение ряда лет Г. Б. Зданович занимался научными исследованиями укреплённого поселения Аркаим, а также участвовал в исследовании укрепленных поселений Аландское, Куйсак, Берсуат. При исследовании этой группы памятников был впервые применен целый комплекс естественно-научных методов (дешифровка аэрофотоснимков, геофизические исследования, минералогические, геоморфологические, почвоведческие и др.)

Неоднозначную реакцию вызывает процесс активного освоения Аркаима неоязычнмками, экстрасенсами и националистически настроенными группами. Это явление рождено современным состоянием нашего общества. Критиковался представителями российской академической науки за пропагандистскую деятельность, несовместимую с научной этикой. Осуждался иереями и иерархами Челябинской епархии Русской Православной Церкви за деятельность по поддержке современных сект и неоязыческих движений. Критику считает несправедливой. Полагает, что в своей просветительской деятельности всегда исходил только из научных концепций и фактов, однако, в то же время, является основным инициатором создания всего комплекса современных мифов об Аркаиме и автором представлений о поселении Аркаим как о древнем арийском интеллектуально-духовном центре.

Об оценке деятельности Г. Б. Здановича научным сообществом см.: В. А. Кореняко, С. В. Кузьминых «О профессиональной этике в современной отечественной археологии» ; Ф.Н. Петров «Поселение Аркаим в научной и научно-популярной литературе» . Об оценке его деятельности представителями Русской Православной Церкви см.: А. Г. Гупало «Традиционные конфессии и археология» .

Укрепленные поселения и некрополи синташтинско-аркаимского типа к настоящему времени обнаружены на значительной площади, охватывающей юг Челябинской области, юго-восток Башкортостана, восток Оренбургской области и север Казахстана. Хронологически они относятся к эпохе средней бронзы, то есть их возраст примерно 3,8-4 тысячи лет. На сегодняшний день исследования ведутся Челябинским государственным историко-культурным заповедником «Аркаим» и Институтом истории и археологии УрО РАН . В них участвуют научные институты и университеты Челябинской, Свердловской, Оренбургской, Новосибирской областей, а также специалистами из США, Великобритании, Германии, Японии, Украины.

Член редакции серии «История» Вестника Челябинского государственного университета.

В 2016 году Г.Б. Зданович планирует вернуться к раскопкам комплекса погребений эпохи бронзы "Синташта IV", принадлежащего археологической культуре "Страны городов" (Аркаимско-Синташтинского типа).

Труды

Труды Здановича Г.Б.

  • Керамика эпохи бронзы Северо-Казахстанской области // Вопросы археологии Урала. - Свердловск, 1973. - вып.12. - С.21-43.
  • К вопросу о происхождении культур развитой бронзы Северного Казахстана // Сборник научных трудов по гуманитарным наукам. - Караганда, 1974. - С.296-301.
  • Петровские (раннеалакульские) комплексы Северного Казахстана // Проблемы археологии Поволжья и Приуралья. - Куйбышев, 1976. - С.95-96 (совм. с М.К. Хабдулиной).
  • Могильник эпохи бронзы у с. Петровка // Советская археология. - М., 1980. - № 3. - С.183-193 (совм. с С.Я. Зданович).
  • Каменная скульптура эпохи бронзы из Притоболья // Советская археология. - М., 1981. - № 3. - С.258-261 (совм. с А.А. Плешаковым).
  • Основные характеристики петровских комплексов Урало-Казахстанских степей (к вопросу о выделении петровской культуры) // Бронзовый век степной полосы Урало-Иртышского междуречья. - Челябинск, 1983. - С.48-68.
  • Опыт использования в археологии палеопочвенных методов исследования (курганы Кара-Оба и Обалы в Северном Казахстане) // Советская археология. - М., 1984. - № 4. - С.35-48. (совм. с И.В. Ивановым, М.К. Хабдулиной).
  • Относительная хронология памятников бронзового века Урало-Казахстанских степей // Бронзовый век Урало- Иртышского междуречья. - Челябинск, 1984. - С.3-23.
  • Ландшафтно-климатические колебания голоцена и вопросы культурно-исторической ситуации в северном Казахстане // Бронзовый век Урало-Иртышского междуречья. - Челябинск, 1984. - С.136-158 (совм. с М.К. Хабдулиной).
  • Синташта - перекресток истории // Рифей. Уральский краеведческий сборник. - Челябинск, 1987. - С.148-159.;
  • Переходные эпохи в археологии: аспекты исследования (на материалах СКАЭ-УКАЗ) // Проблемы археологии Урало-Казахстанских степей. - Челябинск, 1988. - С.3-19. (совм. с В.К. Щребером).
  • Бронзовый век Урало-Казахстанских степей: Основы периодизации. Свердловск, 1988;
  • Феномен протоцивилизации бронзового века Урало-Казахстанских степей. Культурная и социальная обусловленность // Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций. - Алма-Ата, 1989. - С.179-189.
  • Аркаим: арии на Урале. Гипотеза или установленный факт? // . Фантастика и наука. Международный ежегодник. - М., 1992. - вып.25. - С.256-271.
  • Синташта: археологические памятники арийских племен Урало-Казахстанских степей.: В 2 ч. Ч. 1. Ч., 1992. (соавт. В. Ф. Генинг, В. В. Генинг);
  • Аркаим. Арии на Урале или несостоявшаяся цивилизация // Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия. - Челябинск, 1995. - С.21-42.
  • "Страна городов" - укрепленные поселения эпохи бронзы XVII- I XVI вв. до н.э. на Южном Урале // Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия. - Челябинск, 1995. - С.54-62. (совм. с И.М. Батаниной).
  • Протогородская цивилизация \"Страны городов\" Южного Зауралья (опыт моделирующего отношения к древности) // Культуры древних народов степной Евразии и феномен протогородской цивилизации Южного Урала. Материалы 3-й Международной конференции \"Россия и Восток: проблемы взаимодействия\". - Челябинск, 1995. - ЧУ. - кн.1. - С.48-62. (совм. с Д.Г. Зданович).
  • Медный рудник бронзового века \"Воровская яма\" (Южный Урал) // Культуры древних народов степной Евразии и феномен протогородской цивилизации Южного Урала. Материалы 3-й Международной конференции \"Россия и Восток: проблемы взаимодействия\". - Челябинск, 1995. -Ч.У. - кн.1. - С.157-162. (совм. с В.В. Зайковым, А.М. Юминовым).
  • Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия: Тр. заповедника \"Аркаим\" / Под ред. Г. Б. Здановича. Ч., 1995.
  • Arkaim archaeological park: a cultural-ecological reserve in Russia // The Constructed Past. Experimental archaeology, education and the public. London; New-York, 1999. - P.283-291.
  • "Воровская яма" - новый рудник бронзового века на Южном Урале // Археологический источник и моделирование древних технологий. - Челябинск, 2000. - С.112-129. (совм. с В.В. Зайковым, А.М. Юминовым).

Напишите отзыв о статье "Зданович, Геннадий Борисович"

Примечания

Ссылки

Отрывок, характеризующий Зданович, Геннадий Борисович

– Да, это так, – нетерпеливо продолжал князь Василий, потирая лысину и опять с злобой придвигая к себе отодвинутый столик, – но, наконец…наконец дело в том, ты сама знаешь, что прошлою зимой граф написал завещание, по которому он всё имение, помимо прямых наследников и нас, отдавал Пьеру.
– Мало ли он писал завещаний! – спокойно сказала княжна. – Но Пьеру он не мог завещать. Пьер незаконный.
– Ma chere, – сказал вдруг князь Василий, прижав к себе столик, оживившись и начав говорить скорей, – но что, ежели письмо написано государю, и граф просит усыновить Пьера? Понимаешь, по заслугам графа его просьба будет уважена…
Княжна улыбнулась, как улыбаются люди, которые думают что знают дело больше, чем те, с кем разговаривают.
– Я тебе скажу больше, – продолжал князь Василий, хватая ее за руку, – письмо было написано, хотя и не отослано, и государь знал о нем. Вопрос только в том, уничтожено ли оно, или нет. Ежели нет, то как скоро всё кончится, – князь Василий вздохнул, давая этим понять, что он разумел под словами всё кончится, – и вскроют бумаги графа, завещание с письмом будет передано государю, и просьба его, наверно, будет уважена. Пьер, как законный сын, получит всё.
– А наша часть? – спросила княжна, иронически улыбаясь так, как будто всё, но только не это, могло случиться.
– Mais, ma pauvre Catiche, c"est clair, comme le jour. [Но, моя дорогая Катишь, это ясно, как день.] Он один тогда законный наследник всего, а вы не получите ни вот этого. Ты должна знать, моя милая, были ли написаны завещание и письмо, и уничтожены ли они. И ежели почему нибудь они забыты, то ты должна знать, где они, и найти их, потому что…
– Этого только недоставало! – перебила его княжна, сардонически улыбаясь и не изменяя выражения глаз. – Я женщина; по вашему мы все глупы; но я настолько знаю, что незаконный сын не может наследовать… Un batard, [Незаконный,] – прибавила она, полагая этим переводом окончательно показать князю его неосновательность.
– Как ты не понимаешь, наконец, Катишь! Ты так умна: как ты не понимаешь, – ежели граф написал письмо государю, в котором просит его признать сына законным, стало быть, Пьер уж будет не Пьер, а граф Безухой, и тогда он по завещанию получит всё? И ежели завещание с письмом не уничтожены, то тебе, кроме утешения, что ты была добродетельна et tout ce qui s"en suit, [и всего, что отсюда вытекает,] ничего не останется. Это верно.
– Я знаю, что завещание написано; но знаю тоже, что оно недействительно, и вы меня, кажется, считаете за совершенную дуру, mon cousin, – сказала княжна с тем выражением, с которым говорят женщины, полагающие, что они сказали нечто остроумное и оскорбительное.
– Милая ты моя княжна Катерина Семеновна, – нетерпеливо заговорил князь Василий. – Я пришел к тебе не за тем, чтобы пикироваться с тобой, а за тем, чтобы как с родной, хорошею, доброю, истинною родной, поговорить о твоих же интересах. Я тебе говорю десятый раз, что ежели письмо к государю и завещание в пользу Пьера есть в бумагах графа, то ты, моя голубушка, и с сестрами, не наследница. Ежели ты мне не веришь, то поверь людям знающим: я сейчас говорил с Дмитрием Онуфриичем (это был адвокат дома), он то же сказал.
Видимо, что то вдруг изменилось в мыслях княжны; тонкие губы побледнели (глаза остались те же), и голос, в то время как она заговорила, прорывался такими раскатами, каких она, видимо, сама не ожидала.
– Это было бы хорошо, – сказала она. – Я ничего не хотела и не хочу.
Она сбросила свою собачку с колен и оправила складки платья.
– Вот благодарность, вот признательность людям, которые всем пожертвовали для него, – сказала она. – Прекрасно! Очень хорошо! Мне ничего не нужно, князь.
– Да, но ты не одна, у тебя сестры, – ответил князь Василий.
Но княжна не слушала его.
– Да, я это давно знала, но забыла, что, кроме низости, обмана, зависти, интриг, кроме неблагодарности, самой черной неблагодарности, я ничего не могла ожидать в этом доме…
– Знаешь ли ты или не знаешь, где это завещание? – спрашивал князь Василий еще с большим, чем прежде, подергиванием щек.
– Да, я была глупа, я еще верила в людей и любила их и жертвовала собой. А успевают только те, которые подлы и гадки. Я знаю, чьи это интриги.
Княжна хотела встать, но князь удержал ее за руку. Княжна имела вид человека, вдруг разочаровавшегося во всем человеческом роде; она злобно смотрела на своего собеседника.
– Еще есть время, мой друг. Ты помни, Катишь, что всё это сделалось нечаянно, в минуту гнева, болезни, и потом забыто. Наша обязанность, моя милая, исправить его ошибку, облегчить его последние минуты тем, чтобы не допустить его сделать этой несправедливости, не дать ему умереть в мыслях, что он сделал несчастными тех людей…
– Тех людей, которые всем пожертвовали для него, – подхватила княжна, порываясь опять встать, но князь не пустил ее, – чего он никогда не умел ценить. Нет, mon cousin, – прибавила она со вздохом, – я буду помнить, что на этом свете нельзя ждать награды, что на этом свете нет ни чести, ни справедливости. На этом свете надо быть хитрою и злою.
– Ну, voyons, [послушай,] успокойся; я знаю твое прекрасное сердце.
– Нет, у меня злое сердце.
– Я знаю твое сердце, – повторил князь, – ценю твою дружбу и желал бы, чтобы ты была обо мне того же мнения. Успокойся и parlons raison, [поговорим толком,] пока есть время – может, сутки, может, час; расскажи мне всё, что ты знаешь о завещании, и, главное, где оно: ты должна знать. Мы теперь же возьмем его и покажем графу. Он, верно, забыл уже про него и захочет его уничтожить. Ты понимаешь, что мое одно желание – свято исполнить его волю; я затем только и приехал сюда. Я здесь только затем, чтобы помогать ему и вам.
– Теперь я всё поняла. Я знаю, чьи это интриги. Я знаю, – говорила княжна.
– Hе в том дело, моя душа.
– Это ваша protegee, [любимица,] ваша милая княгиня Друбецкая, Анна Михайловна, которую я не желала бы иметь горничной, эту мерзкую, гадкую женщину.
– Ne perdons point de temps. [Не будем терять время.]
– Ax, не говорите! Прошлую зиму она втерлась сюда и такие гадости, такие скверности наговорила графу на всех нас, особенно Sophie, – я повторить не могу, – что граф сделался болен и две недели не хотел нас видеть. В это время, я знаю, что он написал эту гадкую, мерзкую бумагу; но я думала, что эта бумага ничего не значит.
– Nous у voila, [В этом то и дело.] отчего же ты прежде ничего не сказала мне?
– В мозаиковом портфеле, который он держит под подушкой. Теперь я знаю, – сказала княжна, не отвечая. – Да, ежели есть за мной грех, большой грех, то это ненависть к этой мерзавке, – почти прокричала княжна, совершенно изменившись. – И зачем она втирается сюда? Но я ей выскажу всё, всё. Придет время!

В то время как такие разговоры происходили в приемной и в княжниной комнатах, карета с Пьером (за которым было послано) и с Анной Михайловной (которая нашла нужным ехать с ним) въезжала во двор графа Безухого. Когда колеса кареты мягко зазвучали по соломе, настланной под окнами, Анна Михайловна, обратившись к своему спутнику с утешительными словами, убедилась в том, что он спит в углу кареты, и разбудила его. Очнувшись, Пьер за Анною Михайловной вышел из кареты и тут только подумал о том свидании с умирающим отцом, которое его ожидало. Он заметил, что они подъехали не к парадному, а к заднему подъезду. В то время как он сходил с подножки, два человека в мещанской одежде торопливо отбежали от подъезда в тень стены. Приостановившись, Пьер разглядел в тени дома с обеих сторон еще несколько таких же людей. Но ни Анна Михайловна, ни лакей, ни кучер, которые не могли не видеть этих людей, не обратили на них внимания. Стало быть, это так нужно, решил сам с собой Пьер и прошел за Анною Михайловной. Анна Михайловна поспешными шагами шла вверх по слабо освещенной узкой каменной лестнице, подзывая отстававшего за ней Пьера, который, хотя и не понимал, для чего ему надо было вообще итти к графу, и еще меньше, зачем ему надо было итти по задней лестнице, но, судя по уверенности и поспешности Анны Михайловны, решил про себя, что это было необходимо нужно. На половине лестницы чуть не сбили их с ног какие то люди с ведрами, которые, стуча сапогами, сбегали им навстречу. Люди эти прижались к стене, чтобы пропустить Пьера с Анной Михайловной, и не показали ни малейшего удивления при виде их.
– Здесь на половину княжен? – спросила Анна Михайловна одного из них…
– Здесь, – отвечал лакей смелым, громким голосом, как будто теперь всё уже было можно, – дверь налево, матушка.
– Может быть, граф не звал меня, – сказал Пьер в то время, как он вышел на площадку, – я пошел бы к себе.
Анна Михайловна остановилась, чтобы поровняться с Пьером.
– Ah, mon ami! – сказала она с тем же жестом, как утром с сыном, дотрогиваясь до его руки: – croyez, que je souffre autant, que vous, mais soyez homme. [Поверьте, я страдаю не меньше вас, но будьте мужчиной.]
– Право, я пойду? – спросил Пьер, ласково чрез очки глядя на Анну Михайловну.
– Ah, mon ami, oubliez les torts qu"on a pu avoir envers vous, pensez que c"est votre pere… peut etre a l"agonie. – Она вздохнула. – Je vous ai tout de suite aime comme mon fils. Fiez vous a moi, Pierre. Je n"oublirai pas vos interets. [Забудьте, друг мой, в чем были против вас неправы. Вспомните, что это ваш отец… Может быть, в агонии. Я тотчас полюбила вас, как сына. Доверьтесь мне, Пьер. Я не забуду ваших интересов.]
Пьер ничего не понимал; опять ему еще сильнее показалось, что всё это так должно быть, и он покорно последовал за Анною Михайловной, уже отворявшею дверь.
Дверь выходила в переднюю заднего хода. В углу сидел старик слуга княжен и вязал чулок. Пьер никогда не был на этой половине, даже не предполагал существования таких покоев. Анна Михайловна спросила у обгонявшей их, с графином на подносе, девушки (назвав ее милой и голубушкой) о здоровье княжен и повлекла Пьера дальше по каменному коридору. Из коридора первая дверь налево вела в жилые комнаты княжен. Горничная, с графином, второпях (как и всё делалось второпях в эту минуту в этом доме) не затворила двери, и Пьер с Анною Михайловной, проходя мимо, невольно заглянули в ту комнату, где, разговаривая, сидели близко друг от друга старшая княжна с князем Васильем. Увидав проходящих, князь Василий сделал нетерпеливое движение и откинулся назад; княжна вскочила и отчаянным жестом изо всей силы хлопнула дверью, затворяя ее.
Жест этот был так не похож на всегдашнее спокойствие княжны, страх, выразившийся на лице князя Василья, был так несвойствен его важности, что Пьер, остановившись, вопросительно, через очки, посмотрел на свою руководительницу.
Анна Михайловна не выразила удивления, она только слегка улыбнулась и вздохнула, как будто показывая, что всего этого она ожидала.
– Soyez homme, mon ami, c"est moi qui veillerai a vos interets, [Будьте мужчиною, друг мой, я же стану блюсти за вашими интересами.] – сказала она в ответ на его взгляд и еще скорее пошла по коридору.
Пьер не понимал, в чем дело, и еще меньше, что значило veiller a vos interets, [блюсти ваши интересы,] но он понимал, что всё это так должно быть. Коридором они вышли в полуосвещенную залу, примыкавшую к приемной графа. Это была одна из тех холодных и роскошных комнат, которые знал Пьер с парадного крыльца. Но и в этой комнате, посередине, стояла пустая ванна и была пролита вода по ковру. Навстречу им вышли на цыпочках, не обращая на них внимания, слуга и причетник с кадилом. Они вошли в знакомую Пьеру приемную с двумя итальянскими окнами, выходом в зимний сад, с большим бюстом и во весь рост портретом Екатерины. Все те же люди, почти в тех же положениях, сидели, перешептываясь, в приемной. Все, смолкнув, оглянулись на вошедшую Анну Михайловну, с ее исплаканным, бледным лицом, и на толстого, большого Пьера, который, опустив голову, покорно следовал за нею.
На лице Анны Михайловны выразилось сознание того, что решительная минута наступила; она, с приемами деловой петербургской дамы, вошла в комнату, не отпуская от себя Пьера, еще смелее, чем утром. Она чувствовала, что так как она ведет за собою того, кого желал видеть умирающий, то прием ее был обеспечен. Быстрым взглядом оглядев всех, бывших в комнате, и заметив графова духовника, она, не то что согнувшись, но сделавшись вдруг меньше ростом, мелкою иноходью подплыла к духовнику и почтительно приняла благословение одного, потом другого духовного лица.

Геннадий Борисович Зданович (род. 4 октября 1938, Махачкала) - советский и российский археолог, доктор исторических наук, заместитель директора по науке Челябинского государственного историко-культурного заповедника «Аркаим», профессор кафедры истории России и зарубежных стран Челябинского государственного университета, создатель челябинской археологической школы.

Биография

Родился в 1938 году в г. Махачкала Дагестанской АССР.

В 1966 году окончил исторический факультет Уральского госуниверситета в г. Свердловске (сейчас Екатеринбург) по специальности «археология». До 1972 года работал преподавателем в Петропавловском пединституте, в 1972-1976 годах старший преподаватель в Карагандинском университете.

С 1967 руководитель Северо-Казахстанской, затем Урало-Казахстанской археологической экспедиции.

В 1976 защитил кандидатскую диссертацию.

С 1976 года доцент, позднее зав. кафедрой археологии, этнографии и социоестественной истории Челябинского госуниверситета.

В 2002 году защитил докторскую диссертацию на тему: "Урало-Казахстанские степи в эпоху средней бронзы".

В 1991 году по его инициативе создан "Экспериментальный музей - заповедник Аркаим, как филиал Ильменского Государственного заповедника, В 1994 году - Специализированный природно-ландшафтный и историко - археологический центр «Аркаим». В 2007 г. реорганизован в историко-культурный заповедник областного значения «Аркаим»(Заповедник «Аркаим»), с 1994 по 2008 гг. - директор, затем - генеральный директор Специализированного природно-ландшафтного и историко-археологического центра «Аркаим», затем Заповедника «Аркаим».

После открытия поселения Аркаим в 1987 г. занимался исследованиями и культурно - просветительской деятельностью. С начала 1990-х гг. занимался проблемами адаптации археологического знания в современной культурной среде, через создание на территории заповедника современного музейного комплекса «Музей Природы и Человека» и «музей под открытым небом». Пропагандирует свои представления об Аркаиме как об уникальном протогородском центре степей Евразии. Во время посещения Аркаима Президентом России В. В. Путиным в 2005 г. развитие заповедника рассматривалось как основа историко-культурного образования населения, необходимая для создания условий стабильного социально-экономического развития России.

Аркаим был обнаружен в июне 1987 года отрядом Урало-Казахстанской археологической экспедиции, работающей в зоне затопления Больше-Караганского водохранилища на юге Челябинской области. Школьники Воронков А. и Езриль А. обратили внимание руководителей отряда (С. Г. Боталов, В. С. Мосин) на необычный объект, расположенный вблизи полевого лагеря. После первичного осмотра и снятия плана городища, С. Г. Боталовым и В. С. Мосиным была установлена принадлежность памятника к синташтинскому типу эпохи бронзы. Это оказалось возможным благодаря тому, что на тот момент уже хорошо были известны подобные материалы, полученные в период исследований знаменитого Синташтинского комплекса, изучение которого началось экспедицией В. Ф. Генинга с 1974 г. (см. Синташта). Г. Б. Здановичем, руководившим раскопками этого комплекса с начала 80-х годов, впервые были выявлены оборонительные сооружения, круговая планировка и особенности архитектуры поселения Синташта.

Параллельно геолог Батанина И. М. предоставила аэрофотоснимки аркаимской долины с явно читающимся неизвестным объектом. Зданович Г. Б. и его коллеги определили обнаруженный памятник как укрепленное поселение. Позже, когда начались раскопки и были вскрыты фундаменты оборонительных стен, рвы, улица и т. д., поселение было определено, как ранний город, или «квазигород».

Г. Б. Зданович развернул деятельность по его спасению от затопления и организовал команду по его исследованиям, куда входили С. А. Григорьев, А. И. Гутков, А. В. Епимахов, Н. О. Иванова, А. М. Кисленко, Н. М. Меньшенин, Т. С. Малютина, В. С. Мосин, Н.С. Татаринцева и М. К. Хабдулина. В это же время им были организованы работы по поиску новых памятников, подобных Аркаиму. Значительная роль в открытии системы памятников синташтинского типа (т. н. «Страны городов») принадлежит специалистам по дешифровке аэрофотоснимков И. М. Батаниной и Н. В. Левит. В 2007 году вышла монография Г. Б. Здановича и И. М. Батаниной «Аркаим - „страна городов“. Пространство и образы.» В течение последних 15 лет развитие аркаимско-синташтинской проблематики осуществлено также за счет монографических работ Н. Б. Виноградова, Д. Г. Здановича и А. В. Епимахова.



Предыдущая статья: Следующая статья:

© 2015 .
О сайте | Контакты
| Карта сайта